«И оплачут его все Израильтяне и похоронят его, ибо он один у Иеровоама войдет в гробницу, так как в нем, из дома Иеровоамова, нашлось нечто доброе пред Господом Богом Израилевым» (3 Цар. 14:13).

В Авии было «нечто доброе» - это все, что о нем можно было сказать. В нем не было ничего бросающегося в глаза, иначе бы это, наверняка, назвали бы по имени. Он не был доблестным последователем Господа, о нем не записаны никакие подвиги верности по отношению к Богу, так как он, ввиду своей юности, навряд ли имел возможность и силы совершить их.

Поскольку написано, что в нем нашлось «нечто доброе», то можно предположить, что это нечто не было совершенным. Много доброго недоставало в нем, но «нечто доброе» заметно проявлялось. Поэтому ребенок был принят и Божьей любовью избавлен от печальной смерти.

Многие христиане, беседуя с ищущими душами, склонны ожидать от них всего доброго, вместо того, чтобы искать в них нечто доброе.

Вот человек свидетельствует, что обратился к Богу. Он искренен и поэтому старается говорить не больше, чем действительно ощущает, так что говорит немного, да еще и дрожащим голосом. Вы задаете ему вопрос, на который любой человек мог бы ответить, а этот боязливый не может, и вы выносите строгий приговор, что он несведущ, и глаза его еще не открылись. Холодный разум заявляет, что человек, не способный ответить на такой вопрос, не может быть чадом Божиим, и не принимает во внимание робость и смущение.

Не должны ли мы, видя в человеке нечто доброе в отношении Бога, Христа и вечных вопросов, не осуждать его, а наоборот, хвалить и проявлять к нему любезность и заботу?

Боюсь, что во многих случаях строгость причинила серьезный вред тем, кто всем своим сердцем пришел к Иисусу. Не будем же требовать от молодого сердца больше, чем потребовал бы Господь Иисус.