«Псу живому лучше, нежели мертво­му льву» (Еккл. 9:4).

Жизнь - драгоценное сокровище, и даже в самом незначительном проявлении она выше смерти. В духовных вопросах это абсолютно бесспорная истина. Лучше быть самым незна­чащим в Царствии Небесном, чем самым вли­ятельным за его пределами. Самое скромное действие благодати выше самого великодуш­ного поступка неискупленной природы. Когда Дух Святой наполняет душу Божественной жиз­нью, закладываются принципы, превышающие достоинства самого благородного воспитания. Разбойник на кресте выше Цезаря на троне. Лазарь среди собак лучше Цицерона среди сенаторов, а самый неграмотный христианин в очах Божьих превосходит эрудированного Платона. Жизнь в мире духовных ценностей есть символ благородства, и люди без нее - лишь лучшие или худшие образцы одинаково безжиз­ненного материала. Им необходимо возродить­ся к жизни, ибо они мертвы по преступлениям и грехам.

Живая, исполненная любовью евангельская проповедь, даже неглубокая по содержанию и неуклюжая по стилю, лучше самого красноречи­вого выступления, лишенного силы и помазания Святого Духа. Живой пес является лучшим стра­жем, чем мертвый лев, и полезней для хозяина. Таким же образом самый простой про­поведник куда предпочтительней искусного ора­тора, не имеющего мудрости, кроме словесной, и энергии, кроме звуковой. То же самое с мо­литвами. Если мы оживлены в них Духом, они приемлемы для Бога через Иисуса Христа, хоть мы, возможно, считаем их бесполезными. В то же время, как бы мы ни старались, но если сер­дца наши безжизненны, словно мертвые львы, наши усилия в Божьих очах - это попытка пой­мать ветер в сачок. Лучше живые стоны, жи­вые вздохи, живые печали, чем безжизненные песни и мертвое бездействие. Что угодно, но не смерть! Рычание собаки в аду, по крайней мере, не позволит нам уснуть. Но мёртвая вера и мер­твое исповедание - нет худшего проклятия для человека. Оживи, оживи нас, Господи!